Триллер Марио Сорренти две тысячи восемнадцатого года начинается с переезда в старую квартиру, где воздух спёртый, а привычные звуки за стеной звучат с непривычной чёткостью. Главная героиня в исполнении Бекс Тейлор-Клаус пытается наладить быт после сложного периода, но быстро замечает, что вещи меняют расположение, а ночные шумы не поддаются обычным объяснениям. Томас Кречман и Надин Веласкес появляются в ролях соседей, чьи советы звучат ровно, но оставляют лёгкое беспокойство. Режиссёр, пришедший в кино из фотографии, не строит сцену на массовых эффектах. Камера подолгу фиксирует потрескавшуюся штукатурку, блики на выключенном телевизоре, руки, которые дрожат в момент, когда дверь закрывается сама. Тревога нарастает через бытовые детали и долгие паузы в диалогах, когда герои перестают доверять собственным воспоминаниям. Джош Стюарт, Крис Кой, Мэттью Манро и остальные актёры работают без театрального надрыва, их страх проявляется в сбитом дыхании и попытках сохранить спокойствие, пока пол уходит из-под ног. Сюжет не выстраивает прямую линию от причины к следствию. Он позволяет напряжению копиться через случайные совпадения, пропущенные звонки и тщетные попытки найти рациональное зерно в том, что явно выходит за рамки логики. Картина не делит мир на однозначные категории. Она просто наблюдает, как попытка обрести покой в новом месте превращается в проверку на прочность, а доверие к собственным глазам становится непозволительной роскошью. Фильм держит зрителя в состоянии узнаваемого дискомфорта, где каждый кадр будто напоминает, что границы между реальностью и вымыслом часто тоньше, чем принято думать. После титров остаётся лишь тихое осознание, что самые назойливые страхи редко приходят извне, чаще они уже живут рядом и ждут подходящего момента, чтобы проявиться.
