Тихие поля в глухой провинции редко становятся местом для спокойного труда, но именно сюда группа сезонных рабочих приезжает на сбор урожая, не подозревая, что обычные правила выживания скоро перестанут работать. Режиссёр Ариэль Вида сознательно отходит от дешёвых пугалок, собирая фильм из давящей тишины, мерцающих фонарей в тумане и той самой липкой тревоги, когда знакомые лица вдруг начинают казаться чужими. Бетлхем Миллион и Александра Эссоу играют сотрудников, чья первоначальная усталость от тяжёлой работы быстро сменяется глухим страхом, когда границы дозволенного начинают стираться. Бекс Тейлор-Клаус и Джейн Бэдлер дополняют картину коллег и местных жителей, чьи короткие предупреждения то кажутся суеверием, то невольно обнажают растущую изоляцию группы. Оператор не прячет сырость и грязь за глянцевой обработкой. Камера просто идёт следом, отмечая потёртые рабочие куртки, блики фар в густом тумане, долгие колебания перед тем как шагнуть в тёмный лес, и секунды, когда привычная бравада неожиданно уступает место холодной настороженности. Сюжет не грузит зрителя сложными объяснениями. Напряжение копится в простых деталях: скрип веток, внезапная пропажа связи, выбор между тем чтобы остаться в лагере или попытаться дойти до дороги. Вида выдерживает тяжёлый, местами неровный темп, позволяя шуму ветра, отдалённому треску сучьев и естественной тишине между диалогами задавать ритм. Зритель постепенно ощущает запах влажной земли и дешёвого кофе, видит смятые карты на капоте машины. Понятно, что грань между работой и охотой проходит не по заборам, а по готовности признать, что некоторые места не прощают ошибок. Картина не сулит лёгких разгадок. Она фиксирует дни нарастающего напряжения, где паранойя и упрямое желание выжить идут рядом, напоминая, что самые жуткие встречи редко начинаются с крика, чаще они приходят в полной тишине, когда ты просто замечаешь, что привычный мир внезапно стал чужим.
