Историческая драма Маркиза тьмы, поставленная Эдуаром Ньерманом в 2010 году, переносит зрителя во Францию второй половины семнадцатого века, где блеск аристократических салонов соседствует с глухими кварталами, хранящими мрачные тайны. В основе сюжета лежит реальная история Франсуазы де Дрё, роль которой исполняет Анн Парийо, женщины из знатного рода, чья жизнь внезапно превращается в лабиринт судебных разбирательств и глухих подозрений. Вместо привычного светского спокойствия героиня сталкивается с волной обвинений, где суеверия переплетаются с политическими расчётами, а старые связи не гарантируют защиты. Николя Бушо, Оливье Перрье, Эрик Руф, Лоран Натрелла, Астрид Бас, Филипп Эриссон, Тео Фриле, Никки Марбо и Михаэль Вандер-Мерен создают плотную сеть следователей, родственников и придворных, чьи взгляды часто говорят громче произнесённых слов. Ньерман сознательно уходит от парадной помпезности. Камера долго задерживается на каменных коридорах старых особняков, тяжёлых бархатных шторах, тусклом свете свечей и тех минутах молчания, когда попытка сохранить достоинство разбивается об осознание чужого равнодушия. Разговоры звучат неровно, часто смещаются на обсуждение этикета или резко обрываются, стоит в зале появиться новому лицу, пока героиня пытается отделить реальные факты от навязчивых сплетен. Звуковой ряд почти не вмешивается, оставляя на переднем плане скрип перьев, шёпот за дверями и прерывистое дыхание. Картина не пытается раздать готовые моральные оценки и не оправдывает человеческие страхи. Она просто фиксирует, как быстро рушится привычный уклад, когда доверять приходится только собственным ощущениям. После финальных кадров не возникает чувства завершённой разгадки. Остаётся скорее тихое понимание того, как дорого обходится попытка сохранить честь в эпоху, где правда давно стала разменной монетой. Лента держится на сдержанной игре актрисы и внимании к бытовым деталям прошлого. Ключевые повороты случаются не в шумных залах, а в полутёмных приёмных, когда время на споры вышло, а действовать приходится опираясь лишь на внутреннюю стойкость.
