Маленькая девочка с огромной любовью к чтению и привычкой прятаться за толстыми страницами книг редко находит отклик в семье, где телевизор давно заменил воспитание. Но именно в этом странном доме, где равнодушие считается нормой, а детские интересы просто игнорируют, Матильда учится искать ответы на вопросы, которые взрослые давно перестали себе задавать. Дэнни ДеВито, выступивший здесь и режиссёром, и исполнителем одной из ролей, наполняет историю своим характерным эксцентричным юмором. Он превращает сказку о чуде в острую, но очень добрую комедию о праве на собственный голос. Мара Уилсон играет ребёнка, чья тихая наблюдательность постепенно перерастает в нечто выходящее за рамки обычной школьной программы. Пэм Феррис появляется в образе директрисы Трэнчбул, чьи методы воспитания вызывают откровенное недоумение, а крики буквально сотрясают школьные коридоры. Эмбет Дэвидц занимает место молодой учительницы, чья мягкость и терпение становятся для героини единственным островком безопасности. Дэнни ДеВито и Ри Перлман играют родителей, чья погоня за лёгкой наживой и вечные жалобы создают фон, где талант дочери просто не замечают. Пол Рубенс и Трейси Уолтер дополняют картину учителями и жителями городка, чьи странные привычки и внезапное участие постепенно меняют расстановку сил. Оператор не пытается скрыть абсурдность происходящего за слащавой картинкой. Камера цепляется за стопки потёртых энциклопедий, мерцание старых ламп в вечерней комнате, долгие паузы перед тем как поднять руку на уроке, и те редкие секунды, когда привычная покорность неожиданно сменяется тихой решимостью. Сюжет избегает долгих объяснений природы происходящего. Напряжение нарастает из простых бытовых деталей: скрип мела по доске, стук тяжёлой линейки по парте, внезапная тишина в шумном классе. Выбор между тем чтобы промолчать или наконец вступиться за справедливость откладывается с каждой новой несправедливостью. ДеВито задаёт живой, местами неровный ритм, позволяя звонку на перемену, отдалённому гулу машин и естественной тишине в школьной библиотеке задавать настроение. Зритель постепенно ощущает запах старых страниц и школьного клея, видит исписанные тетради на краю парты. Становится понятно, что грань между беспомощностью и внутренней силой проходит не по возрасту или росту, а по готовности не мириться с тем, что кажется неправильным. Фильм не обещает мгновенных чудес. Он просто показывает дни, где одиночество и вера в добро идут рядом, напоминая, что самые важные перемены редко начинаются с громких слов, чаще они рождаются в те минуты, когда кто-то просто решает, что так больше продолжаться не может.
