Стюарт Орм в 2015 году обращается к реальной истории, которая заставляет задуматься о том, где заканчивается литературный вымысел и начинается жизнь. Действие разворачивается в Англии начала двадцатого века, когда знаменитый писатель Артур Конан Дойл, уставший от навязанной ему роли создателя великого сыщика, неожиданно получает письмо от человека, чья судьба кажется несправедливо сломанной. Мартин Клунес исполняет роль автора, чья привычка логически раскладывать всё по полочкам внезапно сталкивается с реальной бюрократической машиной и глухим непониманием общества. Аршер Али появляется в кадре как Джордж Эдалджи, молодой юрист индийского происхождения, обвинённый в жестоких преступлениях, к которым он не имеет никакого отношения. Чарльз Эдвардс, Арт Малик, Хэтти Морахэн, Эмма Филдинг, Алан МакКенна, Конлет Хилл, Пэрл Чанда и Хилари Маклин создают живое окружение чиновников, родственников, местных жителей и тех, чьи предрассудки становятся главным препятствием на пути к правде. Разговоры здесь звучат без театральности. Фразы часто обрываются на вежливых отказах, уходят в тягостное молчание или срываются на сдержанные реплики, когда герои понимают, что закон работает не так, как описано в книгах. Камера держится на уровне глаз и бытовых деталей. В объективе остаются потёртые кожаные переплёты, дрожащие пальцы при переписывании показаний, уставшие взгляды в окнах провинциальных домов и те редкие секунды, когда привычная уверенность писателя даёт трещину. Режиссёр не гонится за внешним экшеном. Он постепенно выстраивает атмосферу, где каждое новое собрание улик требует терпения, а старые принципы справедливости проверяются на прочность в пыльных кабинетах и на дождливых дорогах Стаффордшира. Звук работает на контрастах: слышен лишь стук печатной машинки, отдалённый скрип экипажей, шелест бумаг и тяжёлый выдох перед тем, как снова перечитать протокол. Проект не пытается переписать историю или выдать готовые ответы. Он просто фиксирует состояние людей, вынужденных каждый день лавировать между общественным мнением и собственной совестью. Серии заканчиваются не победными речами, а тяжёлыми разговорами и молчаливыми поездками. Зритель остаётся с мыслью, что за сухими архивными делами всегда стоят живые судьбы, а поиск правды редко укладывается в удобные схемы, заставляя героев и зрителей самим решать, где заканчивается долг и начинается простое человеческое участие.
