Британский триллер Стрекоза 2025 года начинается с того самого кадра, после которого зритель понимает - отдыхать не получится. Пол Эндрю Уильямс снимает дом на побережье Уэльса так, что он сразу становится отдельным героем фильма. Бренда Блетин играет женщину, которая возвращается в место, откуда когда-то сбежала, и обнаруживает, что побег был неполным. Андреа Райзборо появляется как её дочь, между которой и матерью лежит целая пропасть недоговорённостей.
Уильямс не торопится раскрывать, что именно случилось в прошлом. Он позволяет напряжению нарастать через бытовые детали. Как мать накрывает на стол, зная, что дочь не любит определённое блюдо. Как дочь замирает на пороге комнаты, в которую заходить не хотелось бы. Джейсон Уоткинс играет соседа, который вроде бы помогает, но каждый его жест оказывается слишком правильным. Роченда Сандалл и Эллиот Бенн создают фон, в котором чужие люди смотрят на эту семью с любопытством, переходящим в подозрение.
Режиссёр работает со звуком так, что тишина в фильме оказывается громче любых криков. Скрип половицы, шум волн за окном, тиканье часов - всё это складывается в ритм, от которого к финалу первых сорока минут начинает болеть голова. Кэтрин Кингсли и Сандра Хаггетт появляются в сценах-воспоминаниях, где прошлое врывается в настоящее без всяких предупреждений. Лолли Джонс и Gemma Peace отвечают за эпизоды, в которых название фильма наконец начинает работать на полную мощность. Стрекоза в этой истории - не украшение, а предупреждение.
Интрига строится вокруг простого вопроса - что видит дочь, чего не замечает мать. Уильямс оставляет зрителя в неведении до самого конца, и это неведение оказывается тяжелее любого раскрытия. Финал первых актов оставляет ощущение, что вы сами заперты в этом доме на берегу моря и не знаете, кому из его обитателей можно верить.
