Поп-индустрия редко обходится без абсурдных решений, но история менеджера, пытающегося спасти распадающуюся группу за несколько дней до крупного тура, доводит эту логику до крайности. Режиссёр Фабрис Эбуэ, он же один из главных актёров картины, сознательно уходит от благостных рассуждений о толерантности, превращая сюжет в едкую сатиру на современные медиа и маркетинг. Гийом де Тонкедек играет продюсера, чья отчаянная идея собрать новый вокальный дуэт из представителей разных культурных традиций быстро оборачивается чередой нелепых репетиций и бытовых столкновений. Рамзи Бедиа и сам Эбуэ появляются в кадре как люди, чьи взгляды на жизнь, привычки и музыкальный вкус кажутся несовместимыми, пока студийные микрофоны не заставляют их искать общий язык. Одри Лами, Джонатан Коэн и Матильда Сенье формируют ближайшее окружение, чьи осторожные подсказки и внезапные вмешательства лишь подливают масла в огонь. Разговоры здесь редко звучат отшлифованно. Их постоянно сбивает аккорд расстроенной гитары, скрежет стульев на репетиционной базе или тягучее молчание, когда взгляд поверх нотного стана объясняет ситуацию громче любых лозунгов. Камера держится ближе к деталям, фиксирует потёртые чехлы от инструментов, блики софитов на мокром от пота лбу, те секунды в звукозаписывающей будке, где герои просто поправляют наушники и решают, спеть в унисон или продолжить спор. Сюжет развивается не через гладкие музыкальные номера, а через накопление неловких пауз и вынужденных компромиссов, где коммерческий успех внезапно требует настоящей, а не показной человечности. Лента не развешивает моральные оценки и не пытается доказать чью-то правоту, позволяя нелепым ситуациям говорить самим за себя. Она просто идёт по тесным студиям и шумным концертным площадкам вместе с персонажами, оставляя после просмотра запах старого усилителя и лёгкую усмешку. Довольно заметить, как меняется атмосфера в зале, когда два совершенно разных голоса впервые пробуют найти общую мелодию, чтобы осознать: старые формулы расчёта уже не работают, а строить гармонию придётся шаг за шагом, принимая человеческие шероховатости как неизбежную часть общего звучания.
