Документальная лента переносит зрителя в поздний период жизни Кацусики Хокусая, когда художник, несмотря на возраст и постоянную нужду, продолжает работать с такой одержимостью, что современники прозвали его стариком, помешанным на рисовании. Фильм создан в связи с масштабной выставкой Британского музея, однако режиссёр Патриша Уитли сознательно уходит от сухого академического перечисления фактов. История собирается из личных писем, черновиков и сохранившихся воспоминаний учеников. Энди Серкис зачитывает строки, оставленные самим мастером, превращая пожелтевшие листы в прямой разговор человека, который менял имена более тридцати раз, но так и не нашёл покоя, пока не почувствовал, что только начинает понимать структуру природы. Камера редко отходит от самих работ. Она показывает потёртые кисти, складки бумаги с быстрыми карандашными набросками, потёки туши и те редкие моменты, где гравюры ставятся рядом с оригинальными эскизами, обнажая разницу между замыслом и тиражом. Зритель наблюдает, как уличные сценки старого Эдо, морские волны и цветы постепенно превращаются в линии, которые до сих пор задают ритм визуальному искусству. Сюжет не выстраивает гладкий путь к всемирной славе. Напротив, лента фиксирует цену этого пути через ночные бессонные часы, постоянные переезды по съёмным углам и горькое осознание того, что настоящее признание редко приходит при жизни автора. Картина просто показывает процесс, где каждый новый штрих становится попыткой догнать ускользающее совершенство. Темп держится на кропотливой работе с архивами, искусствоведческие дискуссии отступают перед тишиной перед разворотом альбома, а выводы остаются незакрытыми. Здесь каждый сам ощутит момент, где заканчивается попытка разложить гениальность по полкам и начинается простая мысль о том, что настоящее ремесло всегда требует полного отрешения от суеты и сосредоточения на одной-единственной линии.
