Фильм Робера Райнера ЛБД 2016 года разворачивается в кабинетах Вашингтона сразу после выстрелов в Далласе, где привычный политический календарь рушится за несколько минут. Линдон Джонсон, которого играет Вуди Харрельсон, оказывается у руля страны не по плану, а по стечению обстоятельств, и его первые шаги на новом посту выглядят скорее как лихорадочный поиск опоры, чем как уверенное вступление в должность. Майкл Сталь-Дэвид появляется в начале ленты как Кеннеди, чьи идеи и команда остаются в комнате, даже когда их лидер уже не вернётся. Дженнифер Джейсон Ли исполняет роль жены, вынужденной держать лицо перед камерами, пока внутри растёт тревога за будущее семьи. Ричард Дженкинс и Джеффри Донован играют сенаторов и помощников, чьи переговоры в узких коридорах показывают, как быстро меняется расстановка сил в столице. Камера редко отходит от лиц, отмечая усталые глаза, потёртые папки, дрожащие пальцы над телефонным диском и те долгие паузы за рабочим столом, когда слова заканчиваются и остаётся только тяжёлое дыхание. Съёмка ведётся в холодных, документальных тонах, где люминесцентный свет ложится на стены без прикрас. Звук работает тихо: стук клавиш, скрип кожаных кресел, обрывки телетайпных лент и внезапное молчание перед принятием решения. История не разбирает политику на чёрное и белое, а просто фиксирует процесс, когда личный опыт и амбиции сталкиваются с грузом ответственности, который нельзя переложить на чужие плечи. Финал не ставит точку и не развешивает ярлыки. Он оставляет зрителя с ощущением промозглого коридора власти и простым напоминанием, что самые сложные переходные периоды редко проходят по написанному сценарию, а чаще всего требуют от человека просто сделать шаг вперёд, когда все остальные ждут, куда качнётся маятник.
