Действие начинается в ноябре 1963 года, но настоящий сюжет разворачивается годы спустя, когда дело об убийстве президента Кеннеди официально закрыто. Для большинства американцев это трагический финал эпохи, а для прокурора Нового Орлеана Джима Гаррисона оно становится навязчивой головоломкой, которая не даёт покоя. Кевин Костнер играет человека, чья карьера и личная жизнь летят под откос, пока он раскапывает архивы, допрашивает свидетелей и натыкается на стену молчания. Оливер Стоун не пытается выдать свою версию за единственно верную истину. Он строит картину как судебный триллер, где каждый документ, обрывок плёнки или нестыковка в официальных отчётах превращаются в повод для новых вопросов. Камера работает на пределе: быстрая нарезка кадров, смешение хроники с постановочными сценами, нервные диалоги в полутёмных кабинетах и тяжёлые взгляды людей, которые вдруг понимают, что попали в жернова большой машины. Гари Олдман, Томми Ли Джонс и Джо Пеши появляются в ролях ключевых фигур, чьи показания раскалывают привычную картину мира. Сюжет движется не через экшен, а через цепочку вопросов, на которые никто не хочет отвечать. Каждая новая встреча, вызов в суд и взгляд на папки с секретными материалами проверяют, готов ли герой идти до конца, когда против него играет не просто преступник, а сама система. Ритм повествования лихорадочный, местами задыхающийся. Длинные монологи в зале суда резко сменяются монтажными коллажами из газетных вырезок и архивных съёмок, передавая состояние тех, кто понимает, что правда давно размыта, но искать её всё равно необходимо. За исторической завязкой скрывается разговор о цене сомнения и о том, как трудно требовать ответов, когда власть предпочитает тишину. Режиссёр не раздаёт готовые вердикты. Он просто фиксирует момент, когда один человек решает не мириться с удобной версией, пока стук молотка и шуршание бумаг продолжают задавать свой неумолимый такт. Финал остаётся в тени, напоминая, что самые громкие дела редко заканчиваются в зале суда и чаще всего продолжаются в умах тех, кто отказывается закрывать глаза.