Майкл Раймер снимал Королеву проклятых в 2002 году, когда готическая эстетика ещё не успела стать музейным экспонатом, а рок-музыка всерьёз претендовала на роль современного мифа. Лестат, которого играет Стюарт Таунсенд, просыпается после долгой спячки и вместо привычного вампирского затворничества собирает группу, выпускает книгу с исповедью и буквально выставляет бессмертных на всеобщее обозрение. Разумеется, такая самореклама не остаётся без последствий. Просыпается Акаша, древнейшая из рода, роль которой запомнилась многим именно благодаря Алии. Её приход меняет расклад сил, превращая личный бунт Лестата в угрозу для всего клана. В кадре мелькают Маргерит Моро, Венсан Перес, Пол МакГанн, Лена Олин, Кристиан Манон, Клаудиа Блэк, Брюс Спенс и Мэттью Ньютон, заполняя экран фигурами из прошлого и настоящего, чьи интересы то пересекаются, то идут вразрез. Фильм не пытается строить сухой пересказ книг Энн Райс. Он работает с ощущениями: тяжёлые гитарные партии, холодный свет софитов, бархатные пиджаки и длинные коридоры старых домов. Разговоры тут часто отступают перед музыкой, уступая место взглядам, в которых читается не столько жажда крови, сколько глухая усталость от вечности. Сценарий не тратит время на объяснение каждого магического правила. Он просто показывает, как амбиции и старые запреты сталкиваются лбами, а цена ошибки измеряется не деньгами, а веками. После титров не остаётся желания искать глубокие метафоры. Скорее возникает чувство, будто ты только что вышел из ночного клуба на утреннюю улицу, когда уши ещё звенят от баса, а воздух кажется неестественно чистым. Здесь нет привычных героев в плащах спасителей. Есть существа, вынужденные лавировать между инстинктами и остатками человечности в мире, который давно перестал верить в тёмные сказки. Раймер оставляет зрителя с этим шумным, чуть отстранённым материалом, позволяя самому решить, где заканчивается шоу и начинается настоящая охота.
