Музыкальная комедия Дэвид Брент: Жизнь в дороге, снятая Рики Джервэйсом в 2016 году, возвращает зрителя к одному из самых неловких персонажей британского телевидения спустя пятнадцать лет после событий знаменитого сериала. Теперь бывший менеджер бумажной фирмы пытается свести концы с концами, разъезжая по стране с образцами чистящих средств, но старые амбиции никуда не делись. Когда Дэвид собирает новую группу и нанимает съёмочную группу для документальной фиксации своего грандиозного тура, привычная погоня за славой оборачивается чередой бытовых неурядиц, фальшивых аккордов и болезненно смешных промахов. Роб Джарвис, Эбби Мерфи, Мандип Диллон, Джо Хартли, Эндрю Брук, Майлз Чепмен, Том Беннетт, Ребекка Гетингс и Ким Бенсон выстраивают вокруг главного героя плотное окружение из музыкантов, случайных попутчиков и людей, чьи взгляды часто выдают больше, чем звучит в репликах. Джервэйс сознательно сохраняет формат мокьюментари, позволяя камере задерживаться на потёртых стенах провинциальных клубов, длинных очередях за кофе на автозаправках и тех самых минутах перед выходом на сцену, когда уверенность резко уступает место панике. Диалоги идут рвано, постоянно перескакивают с обсуждения гонораров на старые обиды, пока герой пытается доказать себе, что его песни всё ещё имеют ценность. Звуковая дорожка не сглаживает шероховатости, оставляя место для расстроенных гитар, неловких пауз между куплетами и отдалённого шума пустых залов. Сюжет не пытается выдать инструкцию по достижению успеха или оправдать человеческое тщеславие. Он честно наблюдает за мужчиной, который заново учится отличать мечту от самообмана в мире, где молодость давно осталась в прошлом. После финальных кадров не возникает ощущения дешёвого фарса. Скорее остаётся знакомое щемящее чувство, заставляющее внимательнее отнестись к тем, кто до последнего пытается сохранить веру в себя. Лента опирается на импровизационную игру и полный отказ от студийной полировки. Настоящие моменты рождаются не в отрепетированных сценах, а в полутёмных гримёрках, когда кто-то наконец разрешает себе быть смешным и настоящим одновременно.
