Драма Стрижка, снятая Стеваном Филиповичем в 2010 году, погружает зрителя в атмосферу белградских окраин, где юношеская бравада быстро переплетается с опасной идеологией. Никола Ракочевич исполняет роль Новака, обычного студента, чья жизнь меняется после уличной драки. Вместо того чтобы обратиться в полицию или уйти в сторону, он принимает предложение местных авторитетов и постепенно втягивается в закрытую группу скинхедов. Режиссёр сознательно отказывается от глянцевой подачи криминального жанра. Камера работает в тесных комнатах, на задворках стадионов и в пыльных спортзалах, фиксируя потёртые ботинки, смятые футболки с символикой и те долгие взгляды, когда парень понимает, что уже не может просто выйти из игры. Бояна Новакович и Виктор Савич появляются в кадре как люди из его прошлого и настоящего, чьи попытки вернуть его к нормальной жизни разбиваются о глухое упрямство и страх показаться слабым. Диалоги звучат отрывисто, часто обрываются на полуслове, а напряжение растёт не от количества драк, а из тихого осознания, что каждый новый ритуал требует всё большей жестокости. Звуковое оформление почти лишено музыки, оставляя место для тяжёлого дыхания, скрипа кроссовок по бетону и внезапного молчания перед ударом. Сюжет не стремится раздавать готовые оценки или объяснять природу радикализации сухими терминами. Он просто наблюдает, как молодой человек заново проверяет свои границы, когда старые принципы рассыпаются, а цена принадлежности к группе измеряется готовностью предать себя. Фильм обрывается на моменте, где герои переводят дыхание после ещё одной бессмысленной стычки. Лента не сулит лёгкого прозрения, она оставляет зрителя в состоянии тягучей задумчивости, напоминая, что самые опасные пути редко начинаются с громких лозунгов, они чаще прокладываются через желание быть принятым и страх остаться одному в холодном городе.
