В двадцатых годах прошлого века индейская нация осейджей в Оклахоме внезапно разбогатела. Под их землёй нашли нефть, и племенные права на участки принесли баснословные дивиденды. Вокруг быстро сформировался класс белых опекунов, контролирующих расходы коренных жителей. Эрнест Буркхарт, ветеран войны, возвращается в захолустный городок по просьбе своего дяди Уильяма Хейла. Дядя предлагает ему работу, помогает освоиться и даже знакомит с Молли, дочерью главы племени, женщиной стальной воли и тихой печали. Мартин Скорсезе снимает не быстрый детектив о поимке убийц, а тяжёлую хронику удушения целого народа через доверие и родство. Камера долго задерживается на лицах, на руках, передающих деньги, на молитвах в полутёмных комнатах. Леонардо ДиКаприо играет человека, разрывающегося между жадностью, навязанной семьёй, и привязанностью к жене, а Лили Гладстоун создаёт портрет Молли, чья болезнь прогрессирует вместе с осознанием того, что близкие люди отравляют её медленно, но верно. Сюжет разворачивается через долгие семейные обеды, ночные разговоры о будущем детей, визиты к врачу и тихие ссоры, где каждое слово взвешивается на вес золота. Темп неторопливый, иногда намеренно утомительный. Это сделано специально, чтобы зритель прочувствовал липкое ожидание беды, которая уже стучится в дверь. Под слоем архивных фотографий лежит вполне земная тема о том, как системное зло маскируется под семейную заботу и как трудно доказать преступление, когда каждый свидетель связан узами брака или кровного долга. Роберт Де Ниро и Джесси Племонс появляются в кадре как фигуры, чьи методы работы с законом напоминают холодную бухгалтерию. Фильм не ищет оправданий для преступников и не пытается сделать из героев мучеников. Он просто фиксирует шаги по пыльным дорогам, скрип старых дверей, звон стаканов и отдалённые выстрелы в лесах. История завершается не торжественным приговором, а долгим взглядом в камеру, который заставляет задуматься о цене американской мечты, построенной на чужих костях.
