Случайная солнечная вспышка ломает биологические часы человечества за одни сутки. Люди перестают засыпать. Сначала это кажется временным неудобством, потом превращается в массовую панику, когда галлюцинации и паранойя захватывают улицы. Бывшая военная Джилл вынуждена везти свою маленькую дочь через вымирающий мегаполис в горы, где, по слухам, работает секретная лаборатория. Марк Расо не тратит время на объяснение физики явления. Камера сразу ныряет в душные квартиры, пустые автострады и тесный салон старой машины, где каждая остановка чревата риском. Джина Родригес и Ариана Гринблатт показывают, как материнский инстинкт борется с нарастающим безумием, а Фрэнсис Фишер и Барри Пеппер вводят в историю тех, кто давно потерял надежду и готов ради передышки на любой поступок. Сюжет держится не на масштабных взрывах, а на цепочке вынужденных привалов, ночных переговорах по рации, попытках отделить правду от слухов и тех редких минутах тишины, когда усталость на секунду отступает перед необходимостью идти дальше. Темп рваный, напряжённый. Кадры залитых лунным светом шоссе резко сменяются крупными планами в полутёмных кабинетах, передавая нерв тех, кто понимает, что время работает против них. За фантастической завязкой угадывается простой разговор о цене выживания и о том, как трудно сохранить человеческое, когда биология объявляет войну разуму. Картина не разбрасывается моралью. Она просто фиксирует каждый шаг, пока треск радиопомех, гул старого двигателя и далёкие сирены продолжают отсчитывать часы. Финал не подводит черту заранее, оставляя зрителя с мыслью, что самые тяжёлые испытания редко начинаются с предупреждений и чаще всего проверяются в полной тишине, когда нужно просто сделать ещё один шаг навстречу рассвету.