Шон Коннери возвращается к роли агента 007 после многолетнего перерыва, и режиссёр Ирвин Кершнер сразу задаёт иной тон. Это не глянцевый конвейерный блокбастер, а попытка вернуть Джеймсу Бонду возрастную уязвимость и житейский вес. Сюжет начинается с дерзкого перехвата: организация Спектр завладевает двумя ядерными боеголовками и выдвигает жёсткий ультиматум. Бонду, которому уже за пятьдесят, приходится заново втягиваться в физическую форму, мириться с собственными ограничениями и доказывать, что хладнокровие и накопленный опыт всё ещё решают исход дела. Клаус Мария Брандауэр играет Максимилена Ларго без пафоса и ужимок, показывая прагматика, чьи планы просчитаны на годы вперёд, а жестокость скрыта за безупречными манерами. Ким Бейсингер и Барбара Каррера вводят в игру женщин, чьи мотивы редко укладываются в простые схемы, добавляя в шпионскую партию элемент личного риска и непредсказуемости. Повествование не гонится за бесконечными перестрелками. Оно складывается из тихих переговоров в казино, напряжённых встреч на глубине, попыток отделить правду от двойной игры и редких пауз, когда герой понимает, что старые инструкции уже бесполезны. Ритм сдержанный, местами намеренно тяжёлый. Кадры солнечных яхт и европейских курортов резко сменяются тесными планами в полутёмных комнатах, передавая состояние человека, вынужденного действовать на пределе возможностей. Под динамичной оболочкой просматривается вполне земной разговор о цене профессионального долголетия и о том, как трудно сохранять ясность ума, когда мир требует мгновенных решений. Фильм не читает мораль и не пытается оправдать насилие. Он просто идёт рядом с агентом, пока шум прибоя, звон стекла и отдалённые шаги по коридорам продолжают отсчитывать время. Развязка не сглаживает углы заранее, оставляя зрителя с мыслью, что настоящие испытания редко заканчиваются аплодисментами и чаще всего проверяются именно в те минуты, когда нужно сделать выбор без права на отступление.