Драма Алирезы Мотамеди Может, поплачешь? 2022 года начинается с тишины, которая в тегеранской квартире часто весит больше любых объяснений. Главный герой, которого сыграл сам режиссёр, возвращается домой после семейной утраты и быстро понимает, что привычные ритуалы скорби не работают, когда горе оседает на мебели и в недосказанных разговорах за остывшим чаем. Баран Косари и Хание Тавассоли появляются в ролях близких женщин, чьи взгляды то поддерживают, то напоминают о давно спрятанных обидах. Фереште Хоссейни и Мани Хагиги добавляют истории голоса старшего поколения, привыкшего прятать усталость за строгими правилами приличия. Али Мосаффа и Линда Киани играют тех, кто пытается наладить быт, но вместо спокойствия находит лишь нарастающее напряжение. Мотамеди снимает без пафоса и дешёвых слёз. Камера задерживается на потёртых скатертях, дрожащих пальцах у края стола, тяжёлых шагах по узкому коридору и тех самых долгих паузах, когда герои вдруг осознают, что молчание стало их главным языком. Звуковой ряд почти не заглушается музыкой. Ритм держат тиканье настенных часов, отдалённый гул проезжающих машин, шуршание занавесок и внезапная тишина, от которой перехватывает дыхание. Сюжет не гонится за сенсациями или быстрыми примирениями. Конфликт зреет в бытовых стычках, когда личные раны сталкиваются с семейным долгом, а попытки сохранить лицо переплетаются с желанием наконец выдохнуть. Картина просто наблюдает, как люди учатся жить рядом с потерей, пока старые устои постепенно дают трещину. После финальных кадров не звучит облегчения. Остаётся ощущение прохладного вечера и реальная тяжесть прожитых дней, а мысль упирается в простое наблюдение о том, как быстро проверяется выдержка, когда обстоятельства загоняют в угол, и почему порой честнее снять маску спокойствия, чем продолжать делать вид, что всё уже решено.
