Фильм Плохое сердце Бастера 2016 года начинается с простого, но тревожного вопроса: что если жизнь, которую мы считаем единственной, на самом деле лишь одна из двух возможных? Режиссёр Сара Адина не спешит давать ответы, затягивая зрителя в лабиринт, где границы между сном, реальностью и навязчивой идеей стираются незаметно. Рами Малек исполняет две роли, которые кажутся противоположными, но постепенно переплетаются в единый узел. Иона живёт в тесной квартире, работает в придорожном отеле и пытается удержать семью на плаву, пока бытовая рутина медленно высасывает из него силы. Бастер же обосновался в заброшенных горных хижинах, питается тем, что найдёт в чужих контейнерах, и одержим странной теорией о грядущем перевороте миропорядка. Ди Джей Куоллс и Кейт Лин Шейл появляются в кадре как голоса из обоих миров. Их диалоги звучат то как привычные бытовые споры, то как отрывочные обрывки чужих снов. Тоби Хасс и Лин Шей добавляют истории оттенки внешнего давления, напоминания о том, что система не любит тех, кто выпадает из её графиков. Повествование движется не через чёткие повороты, а через нарастающее ощущение диссонанса. Камера то следует за героем по тесным коридорам отеля, то замирает на холодном ветру в горах, то внезапно срывается в странные, почти галлюцинаторные видения. Звук работает на пределе: скрип половиц, гул вентилятора, далёкий вой ветра и внезапная тишина, от которой хочется проверить, заперта ли дверь. Создатели не пытаются упаковать историю в удобный диагноз. Картина просто наблюдает, как усталость от обыденности перерастает в жажду побега, а попытка обрести свободу заставляет человека заново собирать себя по частям. К последним кадрам не раздаётся громких откровений. В памяти остаётся запах старой краски, ощущение прохладного воздуха и мысль о том, что самые сложные развилки редко отмечены указателями. Иногда это просто выбор между двумя видами одиночества, каждый из которых по-своему честен.
