Действие разворачивается в выжженных пустошах после Гражданской войны, где закон часто уступает место личным счётам и пулям. Джона Хекс, роль которого исполняет Джош Бролин, давно перестал рассчитывать на справедливость. На его лице зияет шрам, а способность общаться с мёртвыми делает его изгоем даже среди охотников за головами. Он работает за деньги, не задавая лишних вопросов, пока старые грехи не настигают его в виде Куэнтина Тернбулла. Джон Малкович играет бывшего конфедерата, чья месть давно переросла в маниакальную одержимость разрушением страны. Хекс вынужден вступить в негласный союз с правительственными агентами, чтобы остановить запуск смертоносного оружия, способного стереть города с лица земли. Меган Фокс появляется в образе Лайлы, хозяйки салона, чьи отношения с наёмником держатся на взаимном недоверии и старой привязанности. Уилл Арнетт и Уэс Бентли дополняют картину фигурами военных и соратников, пытающихся выжить в мире, где правила постоянно меняются. Режиссёр Джимми Хейуорд не строит классический вестерн. Он смешивает жанры, добавляя в пыльные переулки элементы мистики и тяжёлой, почти комиксовой стилистики. Камера работает с крупными планами, фиксируя потёртые кобуры, капли пота на лбу, вспышки выстрелов и те секунды тишины, когда герой просто слушает голоса тех, кого уже нет. Сюжет идёт не через масштабные перестрелки, а через цепь вынужденных поездок, ночных стоянок у костра и попыток разобраться, где заканчивается долг и начинается личная вендетта. Зритель видит, как цинизм постепенно трескается под грузом ответственности, а грань между проклятием и даром становится почти незаметной. Фильм не пытается оправдать насилие или упаковать его в красивые моральные рамки. Он просто показывает человека, который давно привык к тьме, но вынужден идти вперёд, потому что отступать некуда. После финальных кадров остаётся скрип сёдел, запах пороха и простое осознание, что самые тяжёлые битвы редко выигрываются героями в белых шляпах. Чаще всё решают те, кто не боится испачкать руки, пока остальные отворачиваются.
