Стивен Рейнольдс снял третью часть франшизы в 2015 году, сместив фокус с глобальных заговоров на замкнутое пространство полицейского участка. Джонатан Гуд играет Джона Шоу, новичка в форме, чей первый самостоятельный дежурный день превращается в испытание на выживание. Группа вооружённых людей захватывает здание, блокирует выходы и отключает связь, оставляя внутри лишь горстку сотрудников. Роджер Кросс и Дэниэл Кадмор исполняют роли коллег и командиров, чьи приказы в условиях хаоса быстро теряют смысл, а лояльность проверяется каждым выстрелом в коридорах. Режиссёр сознательно отказывается от масштабных взрывов и компьютерной графики. Камера работает в тесных кабинетах, на лестничных пролётах и в подвалах, фиксируя потёртые стены, мигающие аварийные лампы, тяжёлое дыхание и те долгие секунды, когда герои слышат шаги преследователей за закрытыми дверями. Сюжет держится на простой арифметике осады. Патроны, заряд рации, знание планировки здания и чужое терпение заканчиваются гораздо быстрее, чем хотелось бы. Локлин Манро и Тай Олссон создают фон из тех, чьи мотивы далеки от служебного долга, а Сара Смит появляется в кадре именно тогда, когда привычные схемы дают сбой. Рейнольдс не пытается упаковать историю в глубокие философские размышления. Это честный жанровый аттракцион, где каждый удар, каждый резкий поворот камеры и каждая перестрелка работают на общее напряжение. Зритель сидит будто на заднем сиденье патрульной машины, где время тикает громче саундтрека, а решения принимаются на ощупь. Картина не обещает лёгких побед и не разжёвывает мотивы врагов. Она просто фиксирует момент, когда система ломается изнутри, а финал держит интригу до титров, оставляя пространство для следующей главы без громких заявлений.
