Сериал Диета из Санта-Клариты разворачивается в тихом калифорнийском пригороде, где идеальные газоны и улыбающиеся соседи скрывают куда более тёмные семейные секреты. Джоэл и Шила, роли которых исполняют Тимоти Олифант и Дрю Бэрримор, годами продавали дома и строили размеренную жизнь, пока обычный рабочий день не превращается в полную неразбериху. Жена риелтора внезапно умирает, но вместо привычных похорон встаёт с пола с совершенно новыми потребностями. Теперь их будни состоят из поиска свежего мяса, попыток скрыть от соседей странные звуки из гаража и бесконечных объяснений детям, почему мама вдруг перестала есть салаты и почему папа носит с собой лопату. Лив Хьюсон и Скайлер Джизондо играют подростков, чьи собственные проблемы с учёбой и первой любовью внезапно отступают перед необходимостью помогать родителям прятать тела в морозильной камере. Мэри Элизабет Эллис, Натали Моралес, Ричард Т. Джонс и остальные актёры создают живую картину районного сообщества, где за вежливыми разговорами у забора скрывается готовность принять любые странности, лишь бы не нарушать комфортный ритм жизни. Режиссёры Марк Бакленд, Кен Куопис и Стив Пинк работают в жанре чёрной комедии, сознательно отказываясь от дешёвых хоррор-клише. Камера спокойно фиксирует залитые солнцем кухни, потёртые бейджи риелторов и лица героев, на которых привычная паника постепенно сменяется деловитой сосредоточенностью. Сюжет держится не на количестве пугалок, а на цене каждого бытового компромисса. Ошибка в расчёте времени доставки. Долгая пауза перед тем как открыть дверь незваному гостю. Секунда, когда маска нормальности трескается от взгляда на окровавленный фартук. Диалоги звучат живо, с резкими переходами от обсуждения школьных родительских собраний к логистике поиска новой порции. В эфире почти не слышно тревожной музыки, только скрип садовых качелей, мерный гул холодильника и отдалённый лай собаки за забором. Создатели не раздают моральных лекций о природе жизни и смерти. Они просто наблюдают, как непросто совместить семейные ценности с внезапным аппетитом, почему попытка сохранить репутацию часто требует сначала научиться отличать сочувствие от равнодушия и как трудно понять, где заканчивается безумие и начинается новая норма. Эпизоды не заканчивают пафосными выводами. Объектив остаётся на пустой скамейке в парке или тусклом свете уличного фонаря. За строгими пиджаками и рабочими графиками стоят обычные люди, вынужденные день за днём искать равновесие в месте, где правда редко звучит прямо, а каждое утро начинается с простого решения снова проверить замки и шагнуть в свой странный, но вполне родной день.
