Эндрю Дисней в 2016 году берет идею машины времени и спускает её с научных пьедесталов прямо на кухонный стол. Здесь не спасают галактики и не меняют ход мировых войн. Два друга, застрявшие в рутине офисной работы и бытовых неудач, решают, что наука должна решать куда более приземлённые задачи. Эйвери Монсен и Джесси Ходжес играют парней, чьё изобретение способно перемещать предметы на несколько часов назад, но только при условии чёткой координации. На деле всё оказывается сложнее. Николас Рутерфорд, Сэмм Левин, Кирк Джонсон и Брент Морин появляются в кадре как те, чьи жизни начинают меняться без видимой причины. Их вопросы, недоумённые взгляды и внезапные совпадения создают цепную реакцию, из которой уже не выбраться простыми извинениями. Сцены сняты без глянца. В кадре остаются спутанные провода, пустые банки энергетиков, потёртые маркерные доски и те редкие минуты, когда теория уступает место панике из-за случайно стёртого важного разговора. Диалоги часто обрываются, спотыкаются о технические термины или резко уходят в бытовые жалобы. Майкл Хайатт, Билл Уайз, Каспер Ван Дин и Джейд Катта-Прета добавляют истории голосов скептиков и случайных знакомых, чьи реакции лишь подчёркивают, что за каждое исправленное недоразумение придётся платить двойным. Режиссёр не строит пафосных схем о судьбе вселенной. Он терпеливо фиксирует, как страх перед ошибками соседствует с желанием всё переиграть заново, а мужская дружба проверяется на прочность в самых неудобных ситуациях. Звук остаётся живым: гул самодельных приборов, щелчки переключателей, отдалённый шум машин за окном и тяжёлый выдох перед тем, как нажать кнопку запуска. Картина не пытается выдать готовый рецепт счастья. Она просто показывает людей, решивших подкрутить время, как будильник. Каждая сцена завершается тихо, напоминая, что даже мелкие правки в личной истории редко проходят бесследно. Настоящие перемены здесь складываются из неловких пауз, спонтанных признаний и тихой мысли, что иногда проще принять свои промахи, чем тратить жизнь на их бесконечное исправление.