История начинается не с сирен и спецопераций, а с обычной свалки на окраине Гоянии, где двое парней разбирают старый медицинский кабинет в поисках цветного металла. Джонни Массаро и Паулу Горгульу играют людей, которые просто хотели заработать, не подозревая, что вскрывают защитную капсулу с цезиеем-137. Фернандо Коимбра и Ибере Карвалью снимают хроникальный триллер без пафоса и компьютерной графики. Вместо этого в кадре появляется светящаяся голубым пыль, потные рубашки, спешные звонки в районные больницы и растерянность врачей, столкнувшихся с симптомами, которых нет в справочниках. Ана Коста и Букасса Кабенгеле появляются как местные жители и медработники, чьи обычные будни мгновенно переворачиваются, когда на пороге клиник появляются пациенты с одинаковыми непонятными ожогами. Диалоги строятся на обрывках фраз, панических расспросах и попытках сохранить спокойствие, когда официальные инструкции запаздывают. Камера редко отходит на общий план, предпочитая снимать крупные планы рук, дрожащих над приборами дозиметрии, и лица, на которых постепенно проступает понимание масштаба случившегося. Алан Роша, Марина Мерлино, Уильям Коста и Кларисса Кисте дополняют картину чиновников и волонтёров, вынужденных принимать решения в условиях полного информационного вакуума. Звук работает сдержанно: слышен только треск радиоприёмников, скрип дверей машин скорой помощи и гул ветра, разносящего невидимую угрозу по улицам. Сюжет не пытается выдать историю за сухой учебник по ядерной физике. Он просто фиксирует, как цепочка мелких бытовых упущений оборачивается катастрофой, а попытка скрыть правду ради спокойствия города только усугубляет панику. Повествование движется поступательно, отмечая часы и дни, когда каждая минута отнимает шансы на спасение. Финал не раздаёт утешительных речей. Он оставляет зрителя с тяжестью в груди и тихим осознанием того, что самая опасная радиация часто исходит не из закрытых реакторов, а из человеческого невежества и нежелания вовремя признать ошибку.
