Документальный триллер Сэм был здесь 2016 года строится вокруг одной навязчивой идеи. Съёмочная группа приезжает в вымирающий калифорнийский посёлок, пытаясь собрать по крупицам историю человека по имени Сэм, чьи загадочные символы и предупреждения встречаются на каждом углу. Расти Джойнер играет оператора, который одновременно снимает происходящее и пытается в нём разобраться. Камера фиксирует не столько мистику, сколько нарастающую растерянность местных жителей. Сигрид Ла Шапель, Рода Пелл и Хассан Галедари дают противоречивые показания. Их рассказы то сходятся, то резко расходятся, оставляя после себя только ощущение, что кто-то водит интервьюеров за нос. Кристоф Деру намеренно размывает грань между репортажем и постановкой. Зритель не получает подсказок, где заканчивается реальность и начинается сценарный ход. Дрожащий кадр ловит обрывки фраз, неловкие паузы, пустые улицы, где ветер гоняет пыль. Напряжение копится не через резкие звуки, а через нарастающее чувство, что съёмочная группа постепенно теряет контроль над ситуацией. Каждый новый свидетель, каждый обрывок плёнки или внезапная смена локации меняет внутреннюю температуру сцены. Фильм не объясняет природу происходящего. Он просто ставит перед фактом: попытка докопаться до истины в месте, где каждый житель хранит свои секреты, редко обходится без личных потерь. Деру не подгоняет развязку под удобную схему. История заканчивается там, где логика уступает место паранойе, напоминая, что самые стойкие страхи рождаются не из явной угрозы, а из тихого осознания, что ты давно стал частью чужой игры, а выключить камеру уже поздно.
