Фильм Майкла Алмерейды Марджори Прайм 2016 года помещает зрителя в светлый дом у озера, где технологии позволяют вернуть ушедших близких не физически, а в виде программируемых голографических проекций. Пожилая Марджори, чью роль исполняет Лоис Смит, живёт в тишине и проводит дни в беседах с цифровой копией своего молодого мужа. Джон Хэмм играет эту проекцию, чьи ответы выверены до секунды, но именно в этой безупречности постепенно проступает тревожная пустота. Дочь героини в исполнении Джины Дэвис и её муж Тим Роббинс тоже подключаются к системе, пытаясь с помощью алгоритмов залатать старые обиды и пересказать себе историю семьи так, чтобы в ней стало меньше боли. Режиссёр сознательно отказывается от сложных спецэффектов и динамичного сюжета. Камера медленно скользит по просторным комнатам, задерживается на дрожащих пальцах, на долгих паузах между репликами и на том, как герои смотрят в пустое пространство, ожидая ответа от машины. Съёмка ведётся в приглушённых, почти акварельных тонах, позволяя естественному свету и падающим теням говорить больше любых объяснений. Звуковое оформление работает исподволь: тихий плеск воды за окном, мерное тиканье настенных часов и внезапное молчание создают атмосферу, в которой не хочется никуда спешить. Сюжет не пытается доказать превосходство машин или выдать готовые формулы о природе человеческого сознания. Он просто наблюдает, как люди заменяют живые, часто неудобные воспоминания удобными цифровыми записями, и как тяжело бывает отпустить прошлое, когда оно каждый день смотрит на тебя знакомыми глазами. История не подгоняет финал под удобные шаблоны и не обещает лёгкого катарсиса. Она оставляет зрителя в состоянии тихой рефлексии, напоминая, что самые сложные вопросы о любви, утрате и том, что остаётся после нас, редко решаются с помощью кода, а чаще всего проживаются в тех молчаливых вечерах, когда мы наконец разрешаем себе помнить всё так, как было, со всеми шрамами и неизбежными несовершенствами.
