Каннада-фильм Таруна Судхира Роберрт появился на экранах в двадцать первом году и сразу заявляет о себе как о работе, где классический коммерческий боевик встречается с откровенной самоиронией. Сюжет держится на знакомом всем зрителям южно-индийского кино принципе: главный герой берётся за дело, которое кажется на бумаге безнадёжным, и постепенно превращает хаос в управляемую стихию. Даршан исполняет роль человека, чья внешняя суровость скрывает привычку решать проблемы через действие, а не через долгие переговоры. Винод Прабхакар и Аша Бхат в ролях его окружения создают плотный фон, где каждый совместный кадр или короткая встреча на шумной улице обрастают новыми деталями. Джагапати Бабу появляется в роли антагониста, чьи методы работы отличаются от главного героя ровно настолько, чтобы каждое столкновение выглядело как столкновение двух разных миров. Режиссёр не пытается скрыть жанровую природу картины. Оператор работает динамично, фиксируя потёртые куртки, яркие неоновые вывески, долгие паузы перед началом погони и те секунды, когда герой вдруг понимает, что привычные правила города здесь не работают. Звуковая дорожка насыщена ритмичными аккордами, хрустом разбитого стекла, глухими ударами и характерным лязгом, который работает здесь лучше любой драматической партитуры. Судхир не размывает границы жанра и не добавляет современную рефлексию. Он последовательно воспроизводит механику старых лент, где пафос уживается с комедией, а музыкальные вставки служат не украшением, а способом разрядить напряжение. Картина не претендует на глубокий анализ и не обещает неожиданных сюжетных виражей. После просмотра остаётся конкретное ощущение от работы, которая точно знает свою аудиторию и не стесняется этого. В памяти закрепляется мысль, что иногда самое честное кино то, которое не пытается казаться сложнее, чем оно есть, а просто предлагает отложить скепсис и насладиться чистым, незамысловатым экшеном без лишних рефлексий.
