Фильм Дракула 2000, снятый Патриком Люссье в 2000 году, переносит классический миф в декорации современного мегаполиса, где древние ужасы сталкиваются с неоновыми вывесками и бетонными коридорами. Сюжет запускается в подземном хранилище Нового Орлеана, куда группа воров пробирается за необычным грузом. Они даже не подозревают, что вскрытие старинного гроба разбудит существо, чья жажда крови веками оставалась лишь легендой. Джерард Батлер исполняет роль самого вампира, чье появление нарушает привычный порядок вещей, а Кристофер Пламмер играет седого охранника хранилища, давно знавшего о тайне, но надеявшегося, что время её похоронит. Режиссёр не пытается пересказать готическую классику слово в слово. Вместо пышных замков и туманных балканских гор камера следует за персонажами по заброшенным фабрикам, шумным ночным клубам и тесным лестничным клеткам Чикаго. Джонни Ли Миллер и Джастин Уодделл появляются в кадре как молодые специалисты, вынужденные разбираться в правилах игры, которые не пишутся в современных учебниках. Диалоги звучат отрывисто, часто тонут в звуках выстрелов и тяжёлых шагах, а важные решения принимаются не в библиотеках, а в разгар погони, когда каждый поворот улицы может оказаться последним. Звуковой ряд не щадит зрителя: тяжёлые гитарные риффы переплетаются с тревожным шёпотом, а короткие вспышки света выхватывают лишь фрагменты пространства, заставляя досматривать остальное в воображении. Сценарий не утяжеляет историю лишними объяснениями и не развешивает моральные ярлыки. Он просто оставляет наблюдателя в ситуации, где старые серебряные пули и церковные символы вдруг оказываются единственным щитом против силы, не признающей современных правил. После титров не возникает ощущения лёгкого развлечения. Скорее остаётся вязкое чувство тревоги, свойственное тем ночам, когда понимаешь, что древние кошмары не исчезают, а просто ждут подходящего момента, чтобы снова заявить о себе. Картина держится на динамике и внимании к физическим деталям, напоминая, что самые жуткие истории рождаются не в далёком прошлом, а в обычных городах, где за каждым закрытым подвалом может скрываться то, чему нет места в дневном свете.
