В тридцатые годы прошлого века Англия переживала настоящий бум увлечения спиритизмом, и Гарри Прайс оказался в самом центре этого шторма. Он не был ни мистиком, ни откровенным шарлатаном. Скорее упрямым исследователем, который пытался отделить реальные аномалии от дешёвых фокусов с помощью приборов, строгих протоколов и здоровой доли скепсиса. Когда слухи о призраках в заброшенном Борлейском ректорстве достигают пика, Прайс берётся за расследование, которое должно стать главным делом его жизни. Режиссёр Алекс Пиллаи сознательно обходит привычные хоррор-клише, смещая фокус на человека, который постепенно попадает в ловушку собственных амбиций и общественного давления. Рейф Сполл играет не бесстрашного героя из газетных заголовков, а уставшего мужчину, чья научная методичность постоянно сталкивается с необъяснимыми явлениями и жадным вниманием прессы. Сюжет строится на долгих ночных дежурствах в пыльных залах, спорах с коллегами, попытках калибровать старое оборудование и тех редких паузах, когда герой вдруг понимает, что грань между правдой и вымыслом тоньше, чем кажется. Темп неспешный, иногда намеренно тягучий. Кадры туманных английских вересков плавно сменяются тесными планами в полутёмных комнатах, передавая нерв тех, кто впервые осознаёт, что погоня за доказательствами может стоить рассудка. Под исторической оболочкой угадывается простой разговор о цене одержимости и о том, как трудно сохранить честность, когда публика ждёт чуда, а не сухих отчётов. Фильм не раздаёт готовых ответов. Он просто шагает рядом с Прайсом, пока скрип старых половиц, гул магнитофонов и далёкий лай собак продолжают отсчитывать часы. История обрывается перед главным открытием, напоминая, что самые сложные расследования редко заканчиваются громкими сенсациями и чаще всего проверяются в полной тишине, когда нужно просто выключить приборы и прислушаться к себе.
