Действие начинается с будничного утра в обсерватории, где рутинные наблюдения за ночным небом внезапно превращаются в гонку со временем. Астрономы замечают, что расчётная траектория кометы резко изменилась, и столкновение с Землёй стало не просто математической вероятностью, а вопросом нескольких недель. Режиссёр Кит Боак сознательно смещает фокус с масштабных катастроф на людей, оказавшихся в эпицентре неизбежного. Камера не гонится за зрелищными взрывами, а подолгу задерживается на лицах учёных в полупустых кабинетах, на дрожащих руках, перебирающих распечатки с графиками, и на тех долгих паузах за семейными ужинами, когда каждый понимает, что привычный распорядок больше не имеет смысла. Кристиан Солимено и Джеймс Уилби играют коллег, чьи профессиональные споры быстро перерастают в личные дилеммы о том, кому говорить правду, а кого оставлять в неведении. Джеймс Космо и Кирсти Митчелл создают образы тех, кто пытается сохранить обыденность в мире, где телевизоры транслируют только тревожные сводки, а очереди в магазинах растут с каждым часом. Сюжет не строится на героических спасательных операциях. Он складывается из попыток наладить связь с родственниками, ночных дежурств у телескопов, споров о методах отклонения угрозы и редких минут тишины, когда страх уступает место простой человеческой близости. Темп повествования намеренно сдержанный, местами тягучий. Кадры серых британских улиц плавно переходят в тесные планы в лабораториях, передавая состояние общества, которое пытается привыкнуть к мысли о конечном сроке. Под научно-фантастической завязкой лежит вполне земной разговор о цене выбора и о том, как трудно находить опоры, когда фундамент под ногами начинает крошиться. Фильм не раздаёт утешительных прогнозов и не пытается превратить апокалипсис в зрелищный аттракцион. Он просто идёт рядом с персонажами, пока тиканье настенных часов, шум дождя по стеклу и отдалённые голоса дикторов продолжают задавать свой неспешный ритм. Финал оставляет всё на грани, напоминая, что в моменты, когда отсчёт идёт на дни, самые важные решения редко принимаются в кабинетах и чаще всего рождаются в обычных разговорах на кухнях, где время вдруг перестаёт быть абстракцией.
