Действие переносит в солнечную Калифорнию семидесятых, где за фасадом аккуратных газонов скрывается обычная семейная неустроенность. Тринадцатилетняя Джорджетт, роль которой достаётся Саммер Бишил, пытается разобраться в собственном теле, когда вокруг бушуют взрослые скандалы. Её отец в исполнении Аарона Экхарта зациклен на бытовых мелочах и собственных предрассудках, а мать, чей образ создаёт Мария Белло, давно махнула рукой на попытки наладить диалог. Алан Болл снимает историю взросления без привычной киношной лакировки, фиксируя шероховатости быта: липкий летний воздух, звук старого вентилятора, потёртые джинсы и неловкие паузы за кухонным столом, когда слова застревают в горле. Камера не отводит взгляд от первого неловкого влечения, школьных сплетен и внезапных вспышек агрессии, которые подросток ещё не умеет отфильтровывать. Питер Макдисси и Тони Коллетт играют соседей и знакомых семьи, чьи собственные проблемы лишь оттеняют хрупкость подросткового мира. Сюжет не гонится за сенсационными поворотами, а медленно складывается из обрывков разговоров, украденных журналов и долгих прогулок по пустым улицам пригорода. Каждая новая встреча, каждый косой взгляд со стороны сверстников и попытка понять, где заканчивается чужая правда, проверяет, сколько можно держать удар, когда собственный дом перестаёт быть убежищем. Ритм повествования неровный, он повторяет дыхание человека, который впервые осознаёт, что мир не делится на чёрное и белое. Зритель видит, как детская наивность постепенно растворяется в жёсткой реальности, а желание казаться старше сменяется тихим принятием собственной уязвимости. Фильм оставляет героев на полпути к важным открытиям, сохраняя состояние светлой, слегка горьковатой неопределённости. Здесь нет готовых ответов о поиске идентичности, только честное наблюдение за тем, как девочка учится отделять чужие ярлыки от своего настоящего имени, пока радио на заднем плане продолжает транслировать новости о политике, которая кажется ей бесконечно далёкой.
