Фильм Перспектива начинается не с громких научных открытий, а с тихого наблюдения за привычным бытом, в котором постепенно проступают странные, едва уловимые аномалии. Режиссёры Бенхамин Блас и Гильермо Гонсалес Ланчарес не гонятся за космическими масштабами, а сосредотачиваются на внутреннем мире героев, чья реальность вдруг начинает давать незаметные трещины. Бенхамин Блас исполняет роль человека, привыкшего полагаться на логику и факты, пока случайные совпадения не вынуждают его усомниться в собственных воспоминаниях. Барбара Каррамолино и Хонас Торрес появляются в кадре как люди из его прошлого и настоящего, чьи реплики звучат обыденно, но за каждым словом прячется недосказанность. Мирям Веласко дополняет картину образом той, кто видит ситуацию под совершенно другим углом, заставляя главного героя пересмотреть давно заученные истины. Камера работает без спешки, цепляется за отсветы на оконных стёклах, тишину в пустых комнатах и долгие паузы перед тем как произнести вслух то, о чём лучше было бы промолчать. Сюжет не грузит зрителя сложными теориями о параллельных вселенных. Напряжение растёт из бытовых мелочей: в попытках сопоставить разрозненные детали, когда календари на стенах противоречат личным ощущениям, и в решении, стоит ли искать ответы в старых дневниках или просто принять неизвестность. Темп повествования размеренный, местами намеренно тягучий, позволяя шёпоту ветра за окном, отдалённому гулу города и внезапной тишине между кадрами задавать настроение. История просто фиксирует момент, когда привычная картина мира перестаёт складываться в единую мозаику. Зритель слышит скрип половиц, видит разбросанные фотографии на столе и постепенно замечает, как стирается грань между тем, что было на самом деле, и тем, что хочется помнить. Истинная фантастика здесь редко проявляется в спецэффектах. Она живёт в паузах, в взглядах, в выборе между удобной ложью и неприятной правдой, пока герои пытаются найти точку опоры в мире, который вдруг отказался подчиняться старым правилам.
