Фильм Да, возможно... начинается не с громких признаний, а с обычного разговора на кухне, где отец пытается объяснить десятилетней дочери, как именно сложились его отношения с её матерью. Режиссёр Адам Брукс берёт классическую историю любви и переворачивает её, превращая воспоминания в своеобразную игру, где имена изменены, а ключевые детали намеренно перепутаны. Райан Рейнольдс исполняет роль молодого политического активиста, чьи амбиции в Нью-Йорке быстро упираются в реальность разбитых сердец и несбывшихся ожиданий. Эбигейл Бреслин играет его дочь, которая с неподдельным интересом выслушивает три разных версии прошлого и пытается самостоятельно собрать пазл из отцовских намёков. Айла Фишер, Рэйчел Вайс и Элизабет Бэнкс появляются в образах трёх женщин, каждая из которых оставила в его жизни заметный след, но ни одна не вписывается в идеальную схему. Кевин Клайн и остальные актёры второго плана создают фон из коллег и случайных знакомых, чьи короткие фразы лишь подчёркивают, насколько хаотичной бывает личная жизнь, когда ты пытаешься совместить карьеру и чувства. Камера не стремится к глянцевой романтике. Она спокойно фиксирует тесные квартиры, помятые рубашки, долгие паузы в такси и те неловкие моменты, когда заученные фразы рассыпаются под взглядом незнакомого человека. Сюжет не гонится за сенсационными поворотами. Всё напряжение строится на бытовых нестыковках, в попытках понять, где заканчивается влюблённость и начинается настоящая привязанность, в осознании того, что каждый выбор неизбежно ведёт к новому ответвлению пути. Картина идёт в своём лёгком, но местами задумчивом ритме. Брукс не пытается выстроить безупречную схему счастья, а просто показывает, как люди спотыкаются, меняют решения и учатся принимать последствия. Диалоги звучат живо, часто обрываются на шутках или неловких паузах, а простая прогулка по набережной передаёт важность выбора точнее любых длинных речей. История не обещает лёгких путей, она просто фиксирует момент, когда герой наконец перестаёт гнаться за идеалом и понимает, что правильные слова могут прозвучать слишком поздно. И всё же в этом есть своя, не самая гладкая, но честная красота.
