Экранизация Дэвида Эттвуда 2002 года начинается не с сухих полицейских рапортов, а с тяжёлого тумана, который медленно ползёт по дартмурским болотам, скрывая тропы и старые камни. Режиссёр намеренно смещает акцент с чисто интеллектуальной головоломки в сторону готической тревоги, где каждое шуршание в вереске звучит как предупреждение. Ричард Роксбург играет Холмса, чья привычная уверенность в цифрах и фактах постепенно даёт трещину под давлением иррационального страха местных жителей. Иэн Харт появляется в роли Уотсона, вынужденного действовать в условиях почти полной изоляции, когда помощь из города запаздывает, а доверять приходится только собственным глазам. Ричард Э. Грант и Мэтт Дэй исполняют роли представителей старинного рода и их окружения, чьи вежливые разговоры за обеденным столом скрывают давние обиды и негласные договорённости. Джон Неттлз, Джеральдин Джеймс, Нив МакИнтош, Рон Кук, Лиза Тарбак и Пол Кинмен заполняют экран образами слуг, соседей и случайных прохожих, чьи короткие фразы и многозначительные взгляды лишь усиливают ощущение замкнутого пространства. Камера работает без лишней суеты, фиксируя потёртые перила лестниц, дрожащее пламя свечей в сквозных коридорах, долгие паузы у окна и те секунды, когда привычная логика уступает место чистому инстинкту. Сюжет не спешит раздавать подсказки. Напряжение растёт в деталях, в попытках сопоставить противоречивые показания, в понимании того, что каждый шаг по топкой земле может оказаться роковым. Эттвуд позволяет ленте дышать неровно, диалоги часто обрываются, а внезапная тишина на пустоши передаёт тревогу точнее любых резких звуков. Картина идёт в своём темпе, показывая, как за классическими строчками Конан Дойла стоят живые люди, вынужденные заново проверять границы собственного мужества. Зритель остаётся среди влажного мха и старых портретов, прислушивается к отдалённому гулу ветра и постепенно замечает, что разгадка редко лежит на поверхности. Иногда достаточно просто обратить внимание на то, что все старательно игнорируют, чтобы картина мира вдруг перевернулась.
