Ласло Немеш ставит фильм, где камера практически не отрывается от спины главного героя, превращая просмотр в почти физическое испытание. Действие разворачивается в Освенциме 1944 года, но режиссёр намеренно уходит от масштабных панорам, оставляя в резком фокусе только лицо и руки узника из Sonderkommando по имени Сауль. Геза Рёриг играет человека, вынужденного выполнять тяжелейшую работу по приказу охраны, чья рутинная жизнь внезапно обрывается встречей с телом мальчика. В нём Сауль узнаёт своего сына, и эта внезапная одержимость найти раввина для похорон становится единственным способом удержать остатки человечности в системе, созданной для её уничтожения. Левенте Мольнар и Урс Рехн выстраивают вокруг него лагерную среду, где каждый шаг просчитан, а разговоры ведутся шёпотом, чтобы не привлечь внимание. Немеш отказывается от привычных кинематографических приёмов, размывая задний план и оставляя зрителя наедине с гулом вентиляции, отрывистыми командами и звоном посуды. Звуковой ряд работает на пределе, создавая непрерывный фон, от которого невозможно отстраниться. Сюжет не пытается дать историческую справку или моральный урок, он фиксирует отчаянную попытку одного человека выполнить простой ритуал в месте, где ритуалы запрещены. Картина оставляет ощущение тяжёлого, липкого присутствия, напоминая, что иногда спасение начинается не с глобальных подвигов, а с упрямства сделать одну маленькую вещь правильно. История развивается без пафосных развязок, предлагая напряжённое погружение в реальность, где каждый шаг по бетону звучит как приговор.