Сэм Йейтс снял Агату и проклятие Иштар в 2019 году, перенеся зрителя в пыльный и жаркий Ирак конца двадцатых. Сюжет начинается с того, что молодая писательница, переживающая болезненный развод, уезжает от лондонской суеты в Багдад вместе с подругой. Там её жизнь неожиданно переплетается с археологическими раскопками и загадочными историями древних проклятий. Линдси Маршал и Джона Хауэр-Кинг играют попутчиков, чьи взгляды на будущее резко расходятся, пока они не сталкиваются с настоящим преступлением на месте раскопок. Брона Во и Стэнли Таунсенд создают образ местных жителей и коллег археологов, чьи мотивы часто остаются за кадром, а слова приходится расшифровывать по интонациям. Режиссёр сознательно уходит от пышных костюмных драм. Камера фиксирует потрескавшуюся глину, тяжёлые папирусные свитки, звон чайных ложек в пустынных лагерях и те долгие паузы, когда герои понимают, что прошлое не отпускает просто так. Диалоги построены на намёках и недосказанности, музыка лишь подчёркивает нарастающее напряжение без лишних оркестровых пафосов. Картина не пытается разгадать все тайны археологов или дать готовые ответы о любви. Она просто наблюдает за тем, как писательница учится доверять собственным наблюдениям, когда каждое подозрение может оказаться как роковой ошибкой, так и ключом к разгадке. Зритель остаётся в состоянии тихого ожидания, где каждый шаг по песку отдаётся эхом в древних руинах, а финал оставляет героев на пороге нового расследования, не раскрывая всех карт заранее.