Тоуб Хупер выпустил сиквел в 1986 году и намеренно сдвинул жанровые акценты. Вместо давящего документального ужаса оригинала зритель получает гротескную чёрную комедию, пропитанную духом панк-рока и техасского абсурда. Кэролайн Уильямс играет Стретч, диджея ночной радиостанции, которая в прямом эфире принимает странные звонки и решает проверить слухи о заброшенных фермах за городом. Её путь пересекается с Лэфти Энграйтом в исполнении Денниса Хоппера, бывшего рейнджера, потерявшего связь с реальностью и нашедшего отдушину в старой бензопиле. Хупер не скрывает искусственности происходящего. Камера скользит по ярким декорациям подземного убежища, фиксирует грим, который кричит о своей бутафории, и те самые долгие планы, где кровавый фарс сменяется внезапной тишиной. Билл Моусли возвращается к роли Чоп-Топа, чья маниакальная энергия и циничные монологи задают ритм картине. Джим Сидоу и Билл Джонсон дополняют состав персонажей, чьи поступки давно перестали быть мотивированными выживанием и превратились в откровенный спектакль. Режиссёр работает с насилием как с сатирой. Звук мотора, лязг цепей, перегруженные гитарные риффы и крики из динамиков радиостудии сплетаются в единый шумовой поток, где страх отступает перед откровенным хулиганством. Сюжет не пытается напугать в лоб. Он держит на грани нервного смеха и отвращения, показывая, как медиа-шум и жажда сенсаций превращают трагедию в развлечение. Зритель остаётся в пространстве, где правила приличия давно сгорели, а каждый поворот бросает вызов ожиданиям от классического слэшера. Финал обрывается на пике абсурда, не раздавая моральных уроков и не пытаясь сгладить углы, а просто оставляя после просмотра честное ощущение того, что ужас иногда проще пережить, если смеяться над ним до хрипоты.