Фильм Дьястема Француз вытаскивает на экран историю, которая редко попадает в мягкое кино. Марталь, роль которого исполняет Альбан Ленуар, взрослеет в пригородных многоэтажках восьмидесятых, где скука быстро перерастает в агрессию, а потребность в принадлежности приводит его в ряды ультраправых группировок. Режиссёр не пытается сгладить углы или найти оправдания насилию. Вместо этого он фиксирует рутину радикализации: первые драки во дворе, обритые затылки, пропагандистские листовки в карманах и ту странную, обманчивую теплоту, которую даёт замкнутое сообщество людей, объединённых общей злостью. С годами картина перемещается вперёд, показывая, как юношеский максимализм обрастает шрамами, а старые связи начинают тянуть на дно. Самуэль Жуи и Поль Ами появляются в ролях тех, кто остаётся верен прежним идеалам, создавая контраст с внутренними метаниями главного героя. Дьястем работает в почти документальной манере, убирая музыкальные подсказки и полагаясь на естественный свет, шум проезжающих электричек, скрип старых лестничных клеток и неловкие паузы за кухонным столом. Здесь нет привычных киношных поворотов, только медленное, порой мучительное осознание того, что прошлое не отпускает по первому требованию. Персонажи говорят обрывисто, часто перебивают друг друга, и в этих обрывках слышна усталость от жизни, в которой не осталось места для сомнений. Фильм не выносит приговоров и не раздаёт дешёвых утешений. Он просто показывает человека, вынужденного заново собирать собственную идентичность, когда идеология рассыпается в прах, а на кону оказываются судьбы близких. Ритм повествования неровный, то замирающий в тягучих бытовых сценах, то резко ускоряющийся в моменты вспышек неконтролируемой ярости. Финал оставляет пространство для размышлений, не подводя громких итогов. Зритель остаётся с ощущением промозглого ветра и пониманием того, что выход из замкнутого круга редко бывает гладким, а требует готовности смотреть на себя без прикрас и принимать последствия каждого сделанного когда-то выбора.
