Картина Дэйва Уилсона Бладшот начинается не с героических подвигов, а с тихой больничной палаты, где рей Гэррисон, в исполнении Вина Дизеля, приходит в себя после того, что должно было стать окончательным концом. Он был убит в бою, но частная технологическая корпорация вернула его к жизни, заменив повреждённые органы микроскопическими наноботами. Эти же наномашины дарят ему сверхчеловеческую силу, мгновенное заживление ран и способность переписывать собственную плоть, однако цена такого возрождения оказывается куда выше, чем кажется. Гай Пирс играет доктора Эмиля Харта, создателя программы, чьи методы балансируют на грани науки и откровенного контроля. Ламорн Моррис, Эйса Гонсалес и Сэм Хьюэн появляются в сюжете как напарники, противники и фигуры из прошлого, чьи воспоминания постепенно начинают не совпадать с тем, что показывают экраны мониторов. Режиссёр отказывается от стерильного компьютерного лоска, предпочитая снимать бои в тесных бетонных коридорах, на дождливых крышах и в пыльных заброшенных ангарах. Камера часто держится на уровне глаз, фиксирует пот на лице, сжатые кулаки и те долгие секунды, когда герой вдруг понимает, что его собственные сны могут быть чужими программами. Диалоги звучат коротко и по делу, персонажи редко тратят время на длинные объяснения, предпочитая короткие команды или молчаливые взгляды, когда обстановка накаляется. Звуковое оформление опирается на физические шумы: тяжёлое дыхание, скрежет металла, гул серверных шкафов и внезапная тишина после каждого всплеска памяти, который не укладывается в привычную картину мира. Сюжет не пытается выдать историю в сухую инструкцию по кибернетике. Он просто наблюдает, как попытка восстановить справедливость постепенно обнажает человеческую растерянность, а вера в собственное прошлое рассыпается при виде доказательств чужого вмешательства. Повествование идёт рывками, то зависая на долгих ночных проверках архивных записей, то ускоряясь, когда обстоятельства вынуждают действовать без оглядки на приказы. После финальных титров не остаётся утешительных статистик. Зритель уносит с собой ощущение нагретого металла и тихое понимание того, что самая сложная битва редко выигрывается грубой силой, а начинается в момент, когда человек наконец задаёт себе вопрос, чьи именно воспоминания хранятся у него в голове.
