Аниме-проект Тацуки Фудзимото: С 17 до 26 начинается не с торжественных фанфар о гениальности, а с хаотичного, почти лихорадочного ритма, знакомого любому, кто хоть раз пытался создать что-то свое на грани выгорания. Режиссеры Тэцуаки Ватанабэ, Осаму Хонма и Сэисиро Нагая намеренно стирают грань между биографией и вымыслом, показывая путь мангаки не как линейный путь к успеху, а как изматывающую, порой абсурдную борьбу с собственными демонами и дедлайнами. Кана Ханадзава и Кэнсё Оно озвучивают персонажей, чьи диалоги построены не на пафосных монологах о судьбе искусства, а на нервных перебиваниях, саркастических замечаниях и тех самых неловких паузах, когда герой смотрит на исписанный черновик и не понимает, гениально это или полная чушь. Сюн Хориэ, Кадзуки Ура, Сион Вакаяма, Ёхэй Мацуока, Сэйитиро Ямасита, Мицуо Ивата, Кимико Саито и Юки Сакакихара формируют вокруг них плотное, шумное окружение редакторов, критиков и воображаемых существ, вырвавшихся со страниц ранних ваншотов. Это не просто массовка для заполнения кадра. У каждого здесь есть свои странности и веские причины избегать прямых ответов на неудобные вопросы во время ночных посиделок в забегаловке. Съемочная группа работает с пространством так, будто камера случайно забрела в тесную, заваленную банками из-под энергетиков комнату и теперь старается не привлекать к себе внимания. Здесь важнее не идеально выверенная компьютерная графика, а живые, цепляющие глаз детали. Зритель замечает, как комично застывают в воздухе капли пота на лбу перед решающим дедлайном, как тусклый свет монитора выхватывает из полумрака только осунувшиеся лица, и как резко меняется атмосфера, когда безобидная бытовая ссора внезапно перерастает в сюрреалистичную битву с монстрами, которых никто, кроме автора, не видит. Звуковое сопровождение делает свою работу без лишнего пафоса. Резкий скрип стула, внезапная давящая тишина, когда герой понимает, что его гениальный план по спасению серии с треском провалился, заставляют невольно улыбнуться или сжаться. Главная интрига картины строится не вокруг того, станет ли главный герой признанным мастером. Это здесь вторично. Гораздо интереснее наблюдать за тем, сколько частей своего эго готовы отсечь эти персонажи, чтобы просто вписаться в этот безумный мир, и поймут ли они когда-нибудь, что настоящая победа часто выглядит совсем не так, как показывают в глянцевых интервью. Просмотр первых минут оставляет легкое, ностальгическое чувство, похожее на возвращение в старый, немного скрипучий, но такой родной дом, где тебя ждут новые нелепые неприятности, но оторваться от этого визуального шторма все равно не получится.